Если так и дальше пойдёт, НАТО начнёт войну за Гренландию с НАТО.
Впрочем, НАТО в этой войне 100% победит. И с тем же успехом 100% проиграет.Источник

Почему-то в последнее время стало подозрительно тихо.
Не в мире вообще - там как раз шумно - а в одном узком, но очень болтливом секторе.
Там, где годами, с наслаждением и правильной артикуляцией, говорили об "имперских замашках Путина".
Мол, не может человек жить без карты, где всё закрашено одним цветом.
Хотя сам он, между прочим, упорно повторяет обратное.
В камеру, медленно, чтобы даже переводчики не ошиблись.
Про всю Украину речи нет.
Про Европу - тем более.
Территориальных претензий к Молдавии и Белоруссии - никаких.
Речь идёт о конкретных землях, о том, что является исторически российским.
И, разумеется, о безопасной зоне.
Где, кто и насколько нарвётся.
Не больше.
Имеющий уши да услышит, но не в этом случае.
Если слушать, придётся думать, а думать утомительно.
Поэтому садились в калошу, тыкали пальцем в небо, пузырили лужи, брякали, ляпали, в общем, врали вдохновенно, со смаком.
А потом - исчезли, не извинившись.
Просто пропали, с тихим свистом стравливаемого воздуха.
А повод - роскошный.
На авансцену вышел другой человек.
И начал говорить вещи, которые раньше принято было заворачивать в салфетки.
Без комплексов.
Без пояснений.
Без попыток выглядеть скромнее, чем есть.
Трамп такой, да.
Венесуэлла.
Мексика.
Гренландия.
Канада.
А если не стесняться - вся Латинская Америка.
А если совсем раздухариться - два материка.
Новый Свет.
Чего уж мелочиться, действительно.
И тут происходит чудо.
Имперские амбиции внезапно перестают быть имперскими.
То, за что вчера обвиняли, сегодня называют прямотой.
По всем законам жанра должны были появиться борцы с империями.
Слово "замашки" должно было зазвенеть.
Но - тишина.
Интеллектуальная.
Очень воспитанная.
Хотя с империями, если не притворяться, всё довольно просто.
Империя - не размер территории.
Это неспособность остановиться.
Когда своих границ недостаточно психологически.
Когда государство живёт не внутри себя, а за счёт вовне.
Когда расширение - не средство, а форма существования.
Рим был империей не потому, что был большим, а потому, что без завоеваний начинал скучать.
Британская империя - не потому, что любила море, а потому, что острову постоянно требовались чужие берега.
Российская империя выбивалась из контекста: она была не колониальной, а континентальной.
Советский Союз же часто называют империей по старой привычке.
Хотя он был скорее идеей с территориальными приложениями.
Как только идею похерили, территория разошлась по швам сама.
Империи так себя не ведут.
Кстати, имперцы тоже.
Потому что Путин ведёт себя максимально не по-имперски.
Скучно.
"Нам не нужно", "Мы не собираемся".
Сильно раздражает.
Вот, к примеру, доктрина Монро прямо говорила: это наше полушарие.
Не потому, что необходимо, а потому, что хотелось.
Тогда это называли принципом.
Теперь - риторикой.
Очень тонкий момент.
Если ты говоришь: "мне достаточно" - тебе не верят.
Если говоришь: "мне мало" - тебя считают честным.
Империя теперь определяется не делами, а подачей.
Не тем, что ты делаешь, а тем, насколько уверенно ты озвучиваешь хотелки.
Вот почему так стыдливо исчезли борцы с "имперскими притязаниями".
Неудобно им.
Раньше было легко.
Тут - аккуратные формулировки, у них - истерика.
Теперь всё наоборот. Почти.
Формулировки - конкретные.
А истерики где?
С таким материалом работать тяжело.
Тут либо признавать, что империя - не то, что тебе не нравится, либо молчать.
Они выбрали второе.
И в этом смысле тишина вокруг новых заявлений - не ошибка.
Это привычка.
Слушать не смысл, а громкость.
Впрочем, такая логика работает лишь до поры до времени.
Ровно до тех пор, пока обстоятельства позволяют делать вид, что громкость важнее смысла.
Слова растворяются в воздухе, а Россия продвигается на местности.
И именно там обстоятельства переписывают правила.Источник

Министр обороны Великобритании: "Я бы хотел похитить Путина".
Заявление, в целом, честное.
Без стратегии, без плана.
С эмоцией и рукоблудством.
Редкий случай, когда министр обороны признаётся, что кроме фантазии у него в руке ничего не осталось.Источник

Конечно, желание Трампа устроить в Белом доме бои без правил в свой день рождения - очень символично. Это же не церемония вручения Нобелевской премии. Здесь Трамп точно победит, даже не входя в октагон.
В конце концов, у бойцов в боях всё же существуют кое-какие правила, а вот президент США похерил их окончательно.Источник

Евросоюз начал подготовку санкций против компаний из США на случай, если Трамп не откажется от претензий на Гренландию.
Самое болезненное в этих санкциях, конечно, не запреты, а необходимость делать вид, что это серьёзно.Источник

Саммит G7 отложили, чтобы избежать совпадения по времени с боями без правил в Белом доме в день рождения Трампа.
Сначала решили самиит проводить. Какое он имеет отношение ко дню рождения?
Потом хорошенько подумали и решили совместить. Хоть какая-то надежда поговорить с празднично настроенным Трампом. Тем более издалека, по видеосвязи.
Потом всё же решили отменить. Трамп после зрелищ будет в боевом настроении - и кому нужно, чтобы этот европейский клуб педерастов сильно отмудохали, даже по видеосвязи?Источник

Иранская улица требовала снижения цен, воды и свободы.
Власть аятолл требовала покорности, терпения и молитв.
Диалога не получилось.
Зато получилось большое количество погибших, которое всегда весомее любых аргументов в споре.Источник

Стало известно, что в Ростовскую соборную мечеть поступило резюме из Ирана на должность преподавателя исламских дисциплин при медресе. Соискатель по независящим от него обстоятельствам пока задерживается.Источник

Трамп: "Тот факт, что датчане высадили в Гренландии лодку 500 лет назад, не означает, что они владеют этой землёй".
Нет, я, конечно, понимаю: Колумб - самый удачливый арендатор в истории. Высадился ненадолго, съехались все.
Но право собственности и здесь не начинается с причала.
Что за проходной двор?!Источник

Международное право перестало быть международным и стало правом по месту применения.
В основном - односторонним.
Побочные эффекты есть, но мало изучены.
От старых консультантов отказались, новые - туповаты.
Президент США Дональд Трамп сообщил, что право его не интересует.
Не в смысле "не до конца устраивает", а просто не принимает внутрь.
Аллергия.
Аллергия вообще шикарный диагноз.
Ничего объяснять не надо.
Организм не принял - всё.
Можно дальше делать вид, что это особенность здоровья, а не образа жизни.
При этом окружающим предлагается учитывать чужую аллергию как норму, а свою - как отклонение.
После этого политический процесс упростился.
Похищение президента стало допустимой процедурой.
Захват танкера - разновидностью логистики.
Угрозы Кубе - профилактикой.
Угрозы Мексике - напоминанием о географии.
С Гренландией - проще, диалог там замёрз на стадии идеи.
География вообще стала дисциплиной прикладной.
Где забор, где пролив, где чья зона интересов, и кому в данный момент захотелось вспомнить, что они расположены не так удачно, как ему казалось.
Всё это делается открыто, без лишнего тумана войны, которого и так наползло сверх нормы.
В такой ситуации сдержанность протекает плохо.
Часто сопровождается давлением, санкциями и общим ухудшением самочувствия.
Попытки лечиться дипломатией дают временный эффект и требуют усиления дозы.
Причём дозу увеличивают не до выздоровления, а до привыкания.
Чтобы перестало действовать совсем.
В какой-то момент было принято решение проверить, что будет, если полезть туда, куда обычно не лезут даже при плохом настроении.
В сторону резиденции президента России.
Не жест.
Не ошибка.
Проверка системы на прочность:
ответит - значит, жива.
Результат был предсказуем.
Ответ последовал не сразу, но средства применили сертифицированные.
Скорость высокая.
Регион точный.
Эффект - бытовой.
Быт вообще оказался главным переводчиком с русского.
Без смягчения формулировки.
Просто выключает свет и перекрывает газ.
А вот "Орешник" применили иначе.
Без боевого заряда.
Достаточно знать, что он существует.
Скорость высокая.
Регион выбран не случайно.
Закладка в память.
Особенно внимательно её приняли в Европе.
Особенно в Польше.
Там, где любят считать себя краем карты, а внезапно обнаруживают, что опять могут стать пятном в маршруте.
Интересно отметить, что после этого резко вырос уровень образования.
Люди стали разбираться в километрах в час.
В дальности.
В энергоснабжении.
Газ, свет и близорукость оказались более квалифицированными учителями.
Абстрактные величины обрели форму, формулы - практический интерес.
Особенно когда уравнение может быть со знаком "минус".
Проба на переносимость.
В мире, где похищают президентов и захватывают танкеры,
разговоры без демонстрации возможностей действуют слабо.
Как чай на кирзе.
Поэтому дипломатия теперь применяется после процедуры.
В целом можно сказать, что международные отношения стали проще.
Раньше долго объясняли,
теперь показывают.
Не доходит, повторяют.
И если что-то кому-то кажется деликатным, значит, они просто не видели рекомендаций к действиям.
А это большой секрет для небольшой такой компании недальновидных людей, который можно и приоткрыть.Источник

"Не каждый орех хранит ядро, но порой одной скорлупы достаточно, чтобы хруст услышали даже глухие".
Лао ХуэйИсточник

Думаю, в Голливуде уже вовсю пишут сценарий блокбастера о героическом похищении Мадуро силами Delta Force.
Обязательно будет перестрелка из любимого "минигана" главного героя с главным телохранителем, взрывы с замедлением, крики "Cover me!", вертолёты, которые летают вопреки законам здравого смысла.
И любовная линия на фоне горящей спальни президента Венесуэлы.
В финале она плачет, он снимает очки, оглядывая дымящийся дворец, и говорит что-нибудь короткое, типа:
"Mission accomplished".
Кто у них там теперь?
Бронсона нет.
Норрис ушёл в мемы.
Поживший Сталлоне - максимум у себя на ранчо.
И российским киностудиям, уверен, тоже стоит не отставать.
Снять крепкий, захватывающий боевик о попытке захвата пиратами русского судна.
Чьи это пираты - акцентировать не надо. Это не комедия, а байопик про мичмана Иванова и сослуживцев, которые при надлежащем приказе действительно могли бы расхерачить захватчиков.
Без лишних слов.
В тревожной тишине, с короткими ударами лезвием и появлением подлодки в самый нужный момент.
Просто парни сурово делают свою работу.
Вместо любовной линии - чай в каюте после, долгий взгляд в иллюминатор и "Группа крови" на старой шестиструнке.
Пусть будет кино без глобального спасения мира, зато с аккуратным восстановлением справедливости.
Чтобы хоть где-то соблюдался паритет.Источник

Трамп хочет наложить на Россию новые санкции, потому что прежние не сработали так, как нужно.
Мне кажется, Трампу необходимо ввести санкции против самих санкций. Он ведь не любит, когда что-то не работает.Источник

Компромисс - это когда все недовольны, но более-менее воспитаны.Источник

Если серьёзно.
В море всё устроено плавнее, чем кажется, и банальнее, чем хотелось бы.
Есть корабли, к которым не прикасаются в принципе.
Военная форма.
Статус.
Служба.
Есть суда государственные, но без торговли.
Их тоже стараются обходить.
Не из вежливости - чтобы не было головной боли.
Всё остальное - обычные рабочие лошади.
С грузом, накладными.
С наивной уверенностью, что флаг - это защита.
Флаг, конечно, был.
Не тот, с которым судно сходило со стапелей, а временный. С сомнительным иммунитетом.
На случай, чтобы перехитрить и проскочить.
Проскочить, как выяснилось,
не получилось.
Когда такое судно останавливают, это ещё не война.
Это процедура.
Без срочного созыва Совбеза.
Смотрят бумаги.
Задают неприятные вопросы.
Потом, как выясняется, экипаж могут повести не к трапу, а в зал суда.
Вот тут начинается самое скучное.
Не пушки, не корабли, а формулировки.
В дело вступают люди, которые воюют не ракетами, а бюрократией.
И если кто-то, по их мнению,
перешёл грань, это фиксируют официально.
Аккуратно.
Холодно.
Так, чтобы всем было ясно: шум был,
процедура была, а повода для истерики - по-прежнему нет.
Другое дело - когда это уже не процедура, а демонстративное унижение и попытка снизить вес государства в будущей расстановке влияния.
За такое принято наказывать.
Как именно, на усмотрение руководства.
Главное, чтобы не усмотрели с формальной озабоченностью.Источник

На Западе и в Европе сейчас принято говорить только о будущем.
Прошлое сидит рядом и покашливает, пытаясь о себе напомнить.
Говорят в основном те, кому очень хочется, чтобы прошлое считалось недоразумением, а настоящее - виной других.
При этом все продолжают смотреть на карту.
Втыкать флажки.
Подсчитывать километры.
И делать растерянное лицо, когда флажок сдвигается на миллиметр.
Хотя война давно перестала измеряться линейкой.
Она измеряется сменой настроения.
Потоками денег.
Грохотом заводов.
Всплеском рук, если внезапно понимают, что будущего может не хватить на всех.
Всё время пытаются бодрить:
- Смотрите, там ещё ничего не решено.
И тут же осторожно добавляют:
- Впрочем, хрен его знает, готовьтесь.
Но самое интригующее происходит не на линии соприкосновения, а там, где сходятся титаны.
История любит такие моменты.
Внешне всё ещё дымится, стреляет, а внутри уже всё решено.
Просто документ ещё не подписан.
Может, ручку ищут, может, чернила - не знаю.
Когда-то это называли переломом.
Сейчас - "переходным этапом".
Чтобы не пугать инвесторов.
Но смысл тот же.
Одни - уже не тянут.
Другие ещё не улыбаются.
Все делают вид, что просто устали, но этого не признают.
Продолжают играть роли.
Говорить правильные слова.
Давать интервью.
Конечно, возникают новые алгоритмы.
Не "кто кого", а "кто с кем".
Коалиции важнее атак.
Промышленность важнее заявлений.
Способность терпеть важнее способности кричать.
Те, кто привык руководить миром, постепенно обнаруживают, что мир больше не слушается.
Не хлопает.
Не восторгается.
Он считает.
Сравнивает.
И ищет, к кому прислониться, когда закончится эта жуть.
Другие - двигаются вперёд, замирают, фиксируют, опять двигаются.
Чертовски трудная задача - не сорваться в прыжок.
Можно не рассчитать.
Отдельно глупые страны в этот момент суетятся.
Повышают голос.
Размахивают принципами.
Объясняют, как правильно жить.
И всё это очень громко, утончаясь до фальцета.
Тишина для таких - худший враг.
В тишине слышно, как скрипит потёртое седло, где их уже нет.
А главное, всё время пытаются убедить, что речь идёт о конкретном месте.
О конкретном конфликте.
О конкретной дате.
Это удобная версия.
Позволяет сбить прицел в актуальных новостях.
На самом деле речь идёт о смене правил.
О том, что прежние договорённости больше не работают.
Их читают, но не соблюдают.
На них ссылаются, но не опираются.
Они превратились в интерьер.
Забавно, что в такие периоды всегда находятся желающие всё вернуть назад.
"Давайте как раньше".
Не уточняя - для кого именно "раньше" было хорошо.
Для них, как правило, да.
Для остальных - не факт.
А история тем временем сносит лишнее, оставляя полезное.
Поэтому сейчас главное - не угадывать даты.
Не искать финал.
И не требовать немедленных развязок.
Это только начало длинного разговора с ясным пониманием: мир больше не будет прежним.
И в этой ситуации выигрывают не самые громкие.
И не самые "праведные".
А те, кто умеет ждать и не путать эмоции с расчётом.
Остальные ещё покричат.
Потом захлебнутся.
История это видела.
Много раз.
Не нужно делать вид, что всё под контролем.
В смысле, не надо уже делать вид.
Просто не мешать событиям дозреть.
Не хвататься за каждый повод. Не путать движение с передёргиванием.
Финал, когда он придёт, будет не с фейерверками, а сухой фиксацией факта.
Кто-то обязательно скажет, что говорить больше не с кем, договариваться не о чем, и прежние аргументы больше никого не впечатляют.
Вот тогда и начнётся самое интересное.Источник

Британским СМИ запретили использовать слово "похищение" в истории с Мадуро.
Зато в России могут лишь порекомендовать заменить пару букв в слове "спиз🫣🫣ли".Источник

Мария Корина Мачадо хотела стать президентом Венесуэлы.
А Дональд Трамп хотел положить Нобелевскую премию себе в сервант.
Но тут в свой сервант положила премию Мария Корина Мачадо.
В отличие от президента Трампа, который ничего не смог положить в сервант, но мог бы сделать Марию Корину Мачадо президентом Венесуэлы.
Ну и кто положил весомее, Мария Корина Мачадо?Источник

Языковой омбудсмен Украины Ивановская заявила, что Homo sapiens - это те, кто говорит по-украински.
Раньше считалось, что человек разумный - тот, кто сначала думает, а потом говорит.
Но у Ивановской всё проще: говоришь по-украински - значит человек. А думать не обязательно.Источник

США объявили Западное полушарие зоной своих интересов.
И вот сидит Си Цзиньпин, нахмурив лоб, думает: "Ну приехали. Домолчался, довыжидался.
А что ж Владимир- то не предупредил, что поделили уже всё?"Источник

В качестве доказательства вины Мадуро обвинение предъявило венесуэльский кокаин, приобретённый прокурором для себя в Арканзасе.Источник

Нужно быть последовательными.
Если в ЕС не признают легитимность Мадуро, но при этом осуждают методы его смещения, значит, признавая легитимность Зеленского,
они не должны в будущем осудить методы его смещения.
Со временем даже абсурдность может стать логичной.Источник

Пи Дидди признался, что в федеральной тюрьме не читает новости.
Поэтому с огромным удовольствием готов лично пообщаться не только с Мадуро, но и с лидерами других стран, на которые не боится нападать Дональд Трамп.Источник

Некоторые могут долго идти против течения, пока не выяснится, что цивилизация наверху, а они бредут в канализации.Источник

Заметил, как только где-то что-то происходит не по графику, сразу появляются люди с секундомером.
Щёлкают, говорят: "Странно… Мы бы уже закончили".
Кто - "мы"?
Когда "уже"?
Где вы вообще стоите?
Удивительная категория мыслителей.
Им всё кажется делом техники.
Поехал.
Победил.
Свернул флаг.
Отчитался.
Если не так - кто-то не решился.
Слабенько.
Не дожал.
Пожалел.
Очень удобно рассуждать о смелости,
когда тебе не надо потом жить в результате.
Хочется коротко.
Чтобы всё уложилось в пресловутые три дня, в три часа, желательно с музыкальной фоном и финальным слоганом.
А жизнь, падла, не влезает в ролик.
Она длинная.
С побочными эффектами.
С обновлениями системы.
Многие сейчас реснички распахнули: "Глянь, как эти - трах-бах, плюнули и растёрли. Нельзя было так же?".
Можно.
Коротко вообще всё можно.
Коротко можно жить.
Коротко можно выиграть.
Потом начинается длинное объяснение, почему опять не сработало.
Некоторые до сих пор искренне уверены, что если бы всё закончилось мгновенно, мир бы хлопнул в ладоши, встал, пожал руку: "Ну да, чё уж тут, красавцы…".
Хуюшки, там хлопают, когда им выгодно.
Пересчитывают прибыль и уточняют формулировки.
Быстро - это когда красиво.
А красиво - когда ненадолго.
Потому что красиво не сопротивляется.
Красиво сдаётся.
Красиво улыбается и красиво ждёт следующего раза.
Задача была не в том, чтобы быстро.
Задача была - чтобы навсегда.
Это две разные скорости.
Два разных терпения.
Для этого понадобилось время.
Неприлично много времени.
Такого, от которого скучно становится даже самым активным.
Чтобы у кого-то за межой закончились деньги, у кого-то - иллюзии, у кого-то - энтузиазм.
Параллельно пришлось заняться собой.
Что всегда неприятно.
Потому что внутри тоже оказалось много разговорчивых, обиженных и вечно знающих лучше.
Их не трогали.
Их просто перестали слушать.
После небольшого толчка они сами нашли выход.
С чемоданом.
С обидой.
С твёрдым намерением объяснять Родину издалека.
Некоторые тут же завопили про репрессии.
Потому что если не кричать,
придётся признать - раньше было слишком мягко.
Да Бог с ними, с понауехавшими.
Своих непонимающих хватает.
Не в том жанре, но с той же неграмотностью.
Эти не злят.
За этих - обидно.
Они сравнивают.
Самое любимое блюдо.
Берут одну историю, где всё давно сгнило, где власть держалась на расписках, а верность измерялась валютой.
- Вот же!
- Там быстро!
Там не быстро.
Там пусто.
Там можно не воевать - там достаточно договориться, прикупить.
Здесь пришлось ломать привычки.
Чужие.
Свои.
Общие.
Понадобилось втянуть лишних, утомить главных и дождаться, когда самые громкие начнут говорить тише.
А самые умные - думать дольше.
Это не эффектно.
Зато эффективно.
Не вызывает восторга.
Зато вызывает результат.
Дождаться смены интонаций.
Лиц.
Настроений.
Чтобы в какой-то момент разговор стал возможен не потому, что устали,
а потому, что поняли.
Небыстрый процесс.
Он не радует публику.
Раздражает комментаторов.
Он плохо продаётся.
Но работает.
И когда сегодня кто-то спрашивает: "А что, нельзя было иначе?", хочется ответить без злости, с плохо скрываемым огорчением.
Можно было быстрее.
Можно было громче.
Можно было проще.
Но тогда пришлось бы начинать сначала.
А начинать сначала - самое долгое из всех решений.
Без гарантий и с непредсказуемым итогом.Источник