Мало кто задумывается, но Америке в русской истории отведена удивительная роль.
Не врага даже.
А скорее тренера по выживанию.
Который орёт, пугает, машет руками, но в итоге заставляет подтянуться.
Русские - вообще народ мирный.
Если их не трогать - могут долго лежать.
Думать.
Рассуждать о духовности.
Спорить, как правильно жить, не свешиваясь лаптями с печи.
Но стоит где-то за океаном начать объяснять, как именно русские должны быть счастливы - сразу появляется бодрость.
И неожиданная ясность мысли.
Причём всё это происходит помимо воли.
Никто специально не договаривается.
Просто каждый раз, когда они обещают партнёрство, у русских почему-то начинается мобилизация.
Экономическая.
Политическая.
Умственная.
В этом смысле Америка - лучший мотиватор.
Мы могли бы долго спорить внутри, кто прав, кто виноват, кого менять, а кого оставить.
Но когда появляется внешний ориентир с менторским тоном, споры резко заканчиваются.
Потому что появляется задача.
А под задачу всегда находятся люди, решения и неожиданная дисциплина.
Вообще, дружба с сильным партнёром - вещь коварная.
Пока он улыбается, ты расслабляешься.
Когда хмурится - начинаешь считать.
Не деньги, а риски.
И вдруг выясняется, что считать мы умеем.
Просто раньше не было повода.
Европа, кстати, тоже в последнее время стала стимулом.
Наглядным.
Она не давит, не пугает, но показывает, как можно красиво и добровольно портить себе жизнь.
Много слов, мало смысла.
Много принципов, ноль расчёта.
Европа никого не побеждает - просто терпеливо доводит себя до кондиции.
И невольно учит остальных, как делать точно не надо.
Мир вообще сейчас загадочно устроен.
Все говорят о безопасности, но надеются на чужую.
Все говорят о правилах, но пишут их временно.
А потом удивляются, что правила перестают работать ровно в тот момент, когда становятся неудобными.
В результате каждый начинает думать сам.
И не о высоком.
А о последнем аргументе.
Потому что в мире, где договоры читают как рецепт кулебяки, надёжнее иметь не обещание, а возможность.
И всё это подаётся как внезапное.
Как будто кто-то не предупреждал.
Как будто кто-то не говорил, что так будет.
Просто тогда не слушали.
Потому что сильно сквозило в междуушье.
Теперь слушают.
Правда, без восторга.
И тут снова включается американская "помощь".
Неосознанная.
Безвозмездная.
Даже сейчас, когда Америка уже не та, расслабляться было бы самонадеянно.
Раненый гегемон - существо суетливое.
Он хватается за всех подряд, громко кричит о "победах" и старается забраться обратно, наступая на пальцы.
Потому что падать больно, а падать изящно - вообще не про них.
Так что карабкаться будут долго, шумно и с удвоенным усердием.
Конечно, никого не радует перспектива постоянного напряжения.
Никто не мечтает жить в режиме "наготове".
Но современный мир вообще плохо интересуется нашими мечтами.
Он интересуется только готовностью.
Поэтому сегодня выигрывает не тот, кто громче говорит о мире, а тот, кто способен сделать так, чтобы с ним предпочли не связываться.
Это не гуманно.
Но эффективно.
А эффективность - главный моральный критерий новой эпохи.
Парадокс.
Каждый раз, когда США делают шаг, который должен нас ослабить, в итоге получается наоборот.
Русские не становятся мягче.
Русские становятся собраннее.
И, что особенно неприятно для окружающих - спокойнее.
Так что, если убрать эмоции, если не кричать, если не размахивать лозунгами, остаётся простой вывод:
Америка очень помогает России.
Не специально.
Не из симпатии.
А по факту.
И в этом смысле она действительно незаменима.
Потому что без неё мы бы ещё долго сомневались.
А с ней - всё как-то быстрее становится понятно.
Вот за это, пожалуй, и стоит сказать спасибо.Источник