Что правительство думает о народе.
Тут постоянно народ говорит о правительстве. Нелишне было бы и наоборот.
А то перекос выходит. К тому же говорить, что правительство у нас говно -привычно. А что народ говно- не смей! Это фашизьм!
Народ то у нас замечательный. Трудолюбивый, честный, нравственный и сострадательный.
А население-говно. Это вам любой работодатель подтвердит. Который и сам скотина.
Текст не мой: Суркова. Мне гордо, что такие люди являются чиновниками в моей стране. Слог, я считаю, великолепен.
Вот сидит, скажем, Иван или Магомед, или иной какой обитатель РФ и на призывы пойти куда-нибудь, добыть чего-нибудь в поте лица или изобрести что-нибудь полезное — не реагирует. Потому что думает про себя, какой он все-таки классный и непревзойденный богоносец. И не любит, когда его от этих дум отвлекают. Воевать не идет, пахать не идет, плясать не идет, любить не идет. Лежит, смотрит сквозь все на ему лишь видимую точку, поставленную в конце всего того, в начале чего было Слово; смотрит на точку, лежит, бога несет, бороду отращивает. И дивятся толпящиеся вокруг Ивана народы: вот, говорят, лежит человек, нейдет никуда; загадочная евразийская душа, сколько же в ней глубины, сколько величия и ни на что непохожести, сколько в ней мыслей о любви и смерти, о слезинке ребенка, о Пушкине, о воскресении отцов. «А мы? — говорят народы. — Бегаем, суетимся; станем же тоже лежать и мудрствовать, как эта великая нация Достоевских, Раскольниковых, Бронштейнов и Коллонтаев!» Но тут подходит Магомед и говорит: «Иван, а Иван! Пошли воровать». И что же? Идет Иван, бежит, даже рвется. Проступает на лице его румянец, сходит с чела напряжение вселенской скорби, загораются холодным болотным огнем оба глаза, и вместо народа-богоносца, народа-страстотерпца обнаруживается стосорокамиллионная многонациональная и многоконфессиональная шайка разбойников. И начинают красть и грабить. И не то, что другие народы, которые похитрее, которые у чужих крадут, а эти, наши-то, крадут у своих, у нас, да и более того, у себя самих. И крадут-то как-то простодушно, не как те, что похитрее, которые то от золотого стандарта откажутся, то дерривативов настругают, то пузырей финансовых понадувают, то МВФ создадут, то Всемирный банк. Которые организуют ограбление по высшему разряду, усадят VIP-потерпевшего в кресло, дадут ему кофею, буклетов с картинками и диаграммами разнообразных обманов с расценками на туфту, спросят, как бы потерпевший хотел обмануться и быть ограбленным, и так точно и ограбят, как хочет потерпевший. Так это сделают душевно, учтиво и с выгодой для випа, что вип просит, чтобы его еще пограбили.
Наши не так, наши воруют без выкрутасов и хитростей, открыто, честно воруют. Продать государству томограф втридорога, построить ему дорогу вчетыредорога — тут дерривативы и сложные маркетинговые расчеты ни к чему. Лихой наш человек и в воровстве своем, как и в богоискательстве, доходит до края, до самой сути, до самозабвения, до отчаяния. Он продает авиакомпании старые запчасти вместо новых и сам же потом, ничтоже сумняшеся, летает ее рейсами, мчится вместе с тремя детьми, женой и двумя мамами (своей и жены) на лайнере, в правом крыле которого истончается готовый оборваться поношенный просроченный топливный тросик. Недосыпает цемент в строительный раствор и строит аквапарк, которому не простоять зимы, который рухнет от первого снега, и сам же плещется в этом аквапарке, также без задней мысли, да еще и жену в нем плещет и троих детей, и все тех же двух старых мам.Источник
Тут постоянно народ говорит о правительстве. Нелишне было бы и наоборот.
А то перекос выходит. К тому же говорить, что правительство у нас говно -привычно. А что народ говно- не смей! Это фашизьм!
Народ то у нас замечательный. Трудолюбивый, честный, нравственный и сострадательный.
А население-говно. Это вам любой работодатель подтвердит. Который и сам скотина.
Текст не мой: Суркова. Мне гордо, что такие люди являются чиновниками в моей стране. Слог, я считаю, великолепен.
Вот сидит, скажем, Иван или Магомед, или иной какой обитатель РФ и на призывы пойти куда-нибудь, добыть чего-нибудь в поте лица или изобрести что-нибудь полезное — не реагирует. Потому что думает про себя, какой он все-таки классный и непревзойденный богоносец. И не любит, когда его от этих дум отвлекают. Воевать не идет, пахать не идет, плясать не идет, любить не идет. Лежит, смотрит сквозь все на ему лишь видимую точку, поставленную в конце всего того, в начале чего было Слово; смотрит на точку, лежит, бога несет, бороду отращивает. И дивятся толпящиеся вокруг Ивана народы: вот, говорят, лежит человек, нейдет никуда; загадочная евразийская душа, сколько же в ней глубины, сколько величия и ни на что непохожести, сколько в ней мыслей о любви и смерти, о слезинке ребенка, о Пушкине, о воскресении отцов. «А мы? — говорят народы. — Бегаем, суетимся; станем же тоже лежать и мудрствовать, как эта великая нация Достоевских, Раскольниковых, Бронштейнов и Коллонтаев!» Но тут подходит Магомед и говорит: «Иван, а Иван! Пошли воровать». И что же? Идет Иван, бежит, даже рвется. Проступает на лице его румянец, сходит с чела напряжение вселенской скорби, загораются холодным болотным огнем оба глаза, и вместо народа-богоносца, народа-страстотерпца обнаруживается стосорокамиллионная многонациональная и многоконфессиональная шайка разбойников. И начинают красть и грабить. И не то, что другие народы, которые похитрее, которые у чужих крадут, а эти, наши-то, крадут у своих, у нас, да и более того, у себя самих. И крадут-то как-то простодушно, не как те, что похитрее, которые то от золотого стандарта откажутся, то дерривативов настругают, то пузырей финансовых понадувают, то МВФ создадут, то Всемирный банк. Которые организуют ограбление по высшему разряду, усадят VIP-потерпевшего в кресло, дадут ему кофею, буклетов с картинками и диаграммами разнообразных обманов с расценками на туфту, спросят, как бы потерпевший хотел обмануться и быть ограбленным, и так точно и ограбят, как хочет потерпевший. Так это сделают душевно, учтиво и с выгодой для випа, что вип просит, чтобы его еще пограбили.
Наши не так, наши воруют без выкрутасов и хитростей, открыто, честно воруют. Продать государству томограф втридорога, построить ему дорогу вчетыредорога — тут дерривативы и сложные маркетинговые расчеты ни к чему. Лихой наш человек и в воровстве своем, как и в богоискательстве, доходит до края, до самой сути, до самозабвения, до отчаяния. Он продает авиакомпании старые запчасти вместо новых и сам же потом, ничтоже сумняшеся, летает ее рейсами, мчится вместе с тремя детьми, женой и двумя мамами (своей и жены) на лайнере, в правом крыле которого истончается готовый оборваться поношенный просроченный топливный тросик. Недосыпает цемент в строительный раствор и строит аквапарк, которому не простоять зимы, который рухнет от первого снега, и сам же плещется в этом аквапарке, также без задней мысли, да еще и жену в нем плещет и троих детей, и все тех же двух старых мам.Источник
Как Бегемот Белочку поймал.
Намедни мой кот притащил в дом белку. И спесиво надулся. Пришлось хвалить. Кормилец мой. Добытчик. На бельчатине с голоду не помру, стало быть.
К тону фальшивых сюсюканий примешивалось искреннее восхищение.
Ибо белочка только в детских книжках -мила и беззащитна.
А я-то помню вой одного пьяного дурака, что в охотничьем домике полез в клетку к свежеотловленной белке с козой рогатой. Что-то лязгнуло, и коза моментом стала камолой. От вопля враз протрезвевшего шутника заложило уши. Пока все бегали, суетились, искали недостающие фаланги, беглянка сдрыснула в лес. С этим кадром потом здоровались со словами "Дай три!"
Бегемот как-то тоже белочку поймал.
... День начинался хлопотно. Поутру Диме надо было организовать сдачу выпускного школьного экзамена брату главного районного хулигана. Хулиган (Лобковский его фамилие) держал в страхе всю ашхабадскую блатату лет с 13ти. К 15 его боялся даже участковый.
Семейство Лобковских с детства не блистало тягой к образованию, компенсируя этот недостаток избытком телесного могущества. Они были пасечники. От меда, или от постоянных физических упражнений (попробуй потаскай 100 килограммовые ульи на передвижной пасеке) - фигуры их приобретали формы поистине титанические.
Да и содержание тоже. Толик (старший брат) как то сломал борзому туркмену руку, просто сжав конечность кистью. Не ударом - просто сомкнул пальцы и хрусть.
Аж сам обалдел. Потом тащил визжащего туземца на себе в травмпункт.
Тот от ужаса аж белым человеком стал. Ненадолго.
Перелом был сложный, сочетанный, со смещением, Толик очень переживал. Ходил навещать потерпевшего в больничку. Больной Толику почему-то был не рад. Толян это не сразу понял. Поначалу пытался его из-под койки гостинцами выманить, за ноги тянул, но нет. Туркмен наружу ни в какую не хотел, вцепился намертво, а выдирать его рывком Толик побоялся: как бы не треснул посередине.
Врачи Толика попросили больше не приходить. Очень попросили. А то, говорят, от воплей туркмена даже кататоник в соседнем отделении очнулся. И половина пациентов запросились на досрочную выписку. А по больнице слух прошел, что наркоз в операционной закончился, но хирурги не взирают на эти временные трудности.
Толик просьбам внял и извинился заочно. Закинув в палату бидон с медом. На второй этаж. В окно. 50 литров.
Как не убил никого, и как добросил - никто не знает.
Бегемот с этими титанами поддерживал деловые связи. Бартером. Они ему обеспечивали возможность невозбранно шляться в самые опасные районы города, он им - получение аусвайсов об образовании.
Старшего Дима выучил в школе, остался последний рывок - выпускной экзамен по математике для младшего.
С утра пошли на рекогносцировку.
Толик с Димой повертелись вокруг школы и приуныли. Экзамен на втором этаже, к дверям никого не подпускают, как подкинуть шпоры - неясно. Но.
Под окном росло чахлое деревцо.
Дима вспомнил, что в детстве был прекрасным древолазом. Не учел, однако, что детство прошло, а 120 кило для таких дел - многовато.
Но выбора не было.
Как только учитель вышел из класса, младший брат дал знак и Бегемот полез ввысь. Деревце сантиметоров двадцати в диаметре обреченно затрещало.
Толик схватился за ствол и попытался придать конструкции устойчивости.
Не слишком успешно. Ствол мотало из стороны в сторону.
Класс был под большим впечатлением, увидев за окном мотыляющегося туда-сюда еврея, выкрикивающего с дерева математические формулы вперемешку с ругательствами.
Плод древа познания таки сверзился оземь, но успел наорать на троечку.
О большем братья и не мечтали.
Возвращались радостные и взъерошенные.
Дима как раз вынимал последнюю ветку акации из шевелюры, когда над ухом раздалось лобковское:
- Во!
На них с ветки тоненького дерева весело поглядывала белочка.
Зачем, почему, нахера мне эта белочка - это я потом уже думал, после оправдывался Бегемот. А тогда...
Все ж под руками. Цель - белка, средство - Толик. И привычное дерево. Обстоятельство места. Которое надо трясти.
Поняли друг друга без слов. Толик со всей дури раскачивал ствол, Бегемот, расставив руки, хищно ждал добычу внизу.
Дождался.
Белка сорвалась с ветки, Дима ее в воздухе цап.
- И как?
- Ты когда-нибудь ловил включенную швейную машинку в воздухе?
- Не доводилось.
- Это было хуже. Сучья белка за те две секунды, что я тупил, держа ее в руках, прострочила мне конечности 42 раза. Ну и когтями добавила - для гармонии.
Итог охоты: забинтованные лапы, уколы от бешенства и подзатыльники от родни.
Ни одна белка не пострадала.
...
Кота я осматривал со всех сторон и ракурсов. Ни укуса, ни царапины. Как этот лежебока так чисто с этой хвостатой крысой расправился - ума не приложу.
Намедни мой кот притащил в дом белку. И спесиво надулся. Пришлось хвалить. Кормилец мой. Добытчик. На бельчатине с голоду не помру, стало быть.
К тону фальшивых сюсюканий примешивалось искреннее восхищение.
Ибо белочка только в детских книжках -мила и беззащитна.
А я-то помню вой одного пьяного дурака, что в охотничьем домике полез в клетку к свежеотловленной белке с козой рогатой. Что-то лязгнуло, и коза моментом стала камолой. От вопля враз протрезвевшего шутника заложило уши. Пока все бегали, суетились, искали недостающие фаланги, беглянка сдрыснула в лес. С этим кадром потом здоровались со словами "Дай три!"
Бегемот как-то тоже белочку поймал.
... День начинался хлопотно. Поутру Диме надо было организовать сдачу выпускного школьного экзамена брату главного районного хулигана. Хулиган (Лобковский его фамилие) держал в страхе всю ашхабадскую блатату лет с 13ти. К 15 его боялся даже участковый.
Семейство Лобковских с детства не блистало тягой к образованию, компенсируя этот недостаток избытком телесного могущества. Они были пасечники. От меда, или от постоянных физических упражнений (попробуй потаскай 100 килограммовые ульи на передвижной пасеке) - фигуры их приобретали формы поистине титанические.
Да и содержание тоже. Толик (старший брат) как то сломал борзому туркмену руку, просто сжав конечность кистью. Не ударом - просто сомкнул пальцы и хрусть.
Аж сам обалдел. Потом тащил визжащего туземца на себе в травмпункт.
Тот от ужаса аж белым человеком стал. Ненадолго.
Перелом был сложный, сочетанный, со смещением, Толик очень переживал. Ходил навещать потерпевшего в больничку. Больной Толику почему-то был не рад. Толян это не сразу понял. Поначалу пытался его из-под койки гостинцами выманить, за ноги тянул, но нет. Туркмен наружу ни в какую не хотел, вцепился намертво, а выдирать его рывком Толик побоялся: как бы не треснул посередине.
Врачи Толика попросили больше не приходить. Очень попросили. А то, говорят, от воплей туркмена даже кататоник в соседнем отделении очнулся. И половина пациентов запросились на досрочную выписку. А по больнице слух прошел, что наркоз в операционной закончился, но хирурги не взирают на эти временные трудности.
Толик просьбам внял и извинился заочно. Закинув в палату бидон с медом. На второй этаж. В окно. 50 литров.
Как не убил никого, и как добросил - никто не знает.
Бегемот с этими титанами поддерживал деловые связи. Бартером. Они ему обеспечивали возможность невозбранно шляться в самые опасные районы города, он им - получение аусвайсов об образовании.
Старшего Дима выучил в школе, остался последний рывок - выпускной экзамен по математике для младшего.
С утра пошли на рекогносцировку.
Толик с Димой повертелись вокруг школы и приуныли. Экзамен на втором этаже, к дверям никого не подпускают, как подкинуть шпоры - неясно. Но.
Под окном росло чахлое деревцо.
Дима вспомнил, что в детстве был прекрасным древолазом. Не учел, однако, что детство прошло, а 120 кило для таких дел - многовато.
Но выбора не было.
Как только учитель вышел из класса, младший брат дал знак и Бегемот полез ввысь. Деревце сантиметоров двадцати в диаметре обреченно затрещало.
Толик схватился за ствол и попытался придать конструкции устойчивости.
Не слишком успешно. Ствол мотало из стороны в сторону.
Класс был под большим впечатлением, увидев за окном мотыляющегося туда-сюда еврея, выкрикивающего с дерева математические формулы вперемешку с ругательствами.
Плод древа познания таки сверзился оземь, но успел наорать на троечку.
О большем братья и не мечтали.
Возвращались радостные и взъерошенные.
Дима как раз вынимал последнюю ветку акации из шевелюры, когда над ухом раздалось лобковское:
- Во!
На них с ветки тоненького дерева весело поглядывала белочка.
Зачем, почему, нахера мне эта белочка - это я потом уже думал, после оправдывался Бегемот. А тогда...
Все ж под руками. Цель - белка, средство - Толик. И привычное дерево. Обстоятельство места. Которое надо трясти.
Поняли друг друга без слов. Толик со всей дури раскачивал ствол, Бегемот, расставив руки, хищно ждал добычу внизу.
Дождался.
Белка сорвалась с ветки, Дима ее в воздухе цап.
- И как?
- Ты когда-нибудь ловил включенную швейную машинку в воздухе?
- Не доводилось.
- Это было хуже. Сучья белка за те две секунды, что я тупил, держа ее в руках, прострочила мне конечности 42 раза. Ну и когтями добавила - для гармонии.
Итог охоты: забинтованные лапы, уколы от бешенства и подзатыльники от родни.
Ни одна белка не пострадала.
...
Кота я осматривал со всех сторон и ракурсов. Ни укуса, ни царапины. Как этот лежебока так чисто с этой хвостатой крысой расправился - ума не приложу.
10 заповедей свидомого украинца.
1.Свидомый украинец обязан быть тупым. Если свидомый украинец не является тупым, он автоматически становится жидом или москалем.
2.Свидомый украинец должен быть хитрым. (Прим.: но с обязательным соблюдением п.1).
3.Свидомый украинец обязан быть хозяйственным — все, что увидит, тянуть к себе домой, надкусывать и ни за что не делиться ни с кем — даже с другими свидомыми украинцами.
4.Свидомый украинец должен разговаривать исключительно на украинской мове. Эта мова должна быть настолько непонятной москалям и жидам, что нет ничего плохого, если и сам свидомый украинец не будет ее понимать.
5.Свидомый украинец должен быть глубоко верующим. Он должен верить, что всё в мире, кроме жидов и москалей, изобрели свидомые украинцы.
6.Свидомый украинец должен развивать собственную культуру. Это означает, что одновременно он обязан портить чужую культуру — особенно культуру жидов и москалей.
7. Свидомый украинец обязан вести здоровую половую жизнь. Здоровую половую жизнь ему разрешается весты лишь с лицами своей нации и не своего пола — лучше всего всего с женой или кумой. Лучшее имя для истинной украинской жены — Оксана. Лучшее имя для украинской кумы — Галя. Лиц женского пола с другими именами нужно считать ненастоящими украинками.
8. Каждый свидомый украинец должен быть галичанином. Это не означает, что он обязан жить в Галиции. Наоборот. Лучше всего свидомому украинцу жить в Киеве — в органах государственной власти или вблизи них, но при этом постоянно рассказывать, что истинная Украина находится в Галиции.
9. Свидомый украинец должен постоянно бороться с национальными предателями. Если он установит, что сам является предателем, то должен бороться сам с собой, предварительно донесши на себя себе. Если по каким-то причинам свидомый украинец не может донести на себя себе, то должен донести, куда следует, и на кого захочет.
10. Свидомый украинец должен бороться за независимость Украины. Высшей формой независимости Украины есть ее независимость от свидомых украинцев.
Примечание. Если свидомый украинец не будет соблюдать десяти вышеупомянутых заповедей, он подлежит высшей степени наказания — ссылке на историческую родину — то есть в Галицию. Ссылка в Галицию ни в коем случае не разрешается заменять высылкой в Москву, Сибирь и даже Канаду
Пы-сы. Олеся Бузину (автора) демократичные украинцы убили за эти строки.
Слава свидомой свободе слова!Источник
1.Свидомый украинец обязан быть тупым. Если свидомый украинец не является тупым, он автоматически становится жидом или москалем.
2.Свидомый украинец должен быть хитрым. (Прим.: но с обязательным соблюдением п.1).
3.Свидомый украинец обязан быть хозяйственным — все, что увидит, тянуть к себе домой, надкусывать и ни за что не делиться ни с кем — даже с другими свидомыми украинцами.
4.Свидомый украинец должен разговаривать исключительно на украинской мове. Эта мова должна быть настолько непонятной москалям и жидам, что нет ничего плохого, если и сам свидомый украинец не будет ее понимать.
5.Свидомый украинец должен быть глубоко верующим. Он должен верить, что всё в мире, кроме жидов и москалей, изобрели свидомые украинцы.
6.Свидомый украинец должен развивать собственную культуру. Это означает, что одновременно он обязан портить чужую культуру — особенно культуру жидов и москалей.
7. Свидомый украинец обязан вести здоровую половую жизнь. Здоровую половую жизнь ему разрешается весты лишь с лицами своей нации и не своего пола — лучше всего всего с женой или кумой. Лучшее имя для истинной украинской жены — Оксана. Лучшее имя для украинской кумы — Галя. Лиц женского пола с другими именами нужно считать ненастоящими украинками.
8. Каждый свидомый украинец должен быть галичанином. Это не означает, что он обязан жить в Галиции. Наоборот. Лучше всего свидомому украинцу жить в Киеве — в органах государственной власти или вблизи них, но при этом постоянно рассказывать, что истинная Украина находится в Галиции.
9. Свидомый украинец должен постоянно бороться с национальными предателями. Если он установит, что сам является предателем, то должен бороться сам с собой, предварительно донесши на себя себе. Если по каким-то причинам свидомый украинец не может донести на себя себе, то должен донести, куда следует, и на кого захочет.
10. Свидомый украинец должен бороться за независимость Украины. Высшей формой независимости Украины есть ее независимость от свидомых украинцев.
Примечание. Если свидомый украинец не будет соблюдать десяти вышеупомянутых заповедей, он подлежит высшей степени наказания — ссылке на историческую родину — то есть в Галицию. Ссылка в Галицию ни в коем случае не разрешается заменять высылкой в Москву, Сибирь и даже Канаду
Пы-сы. Олеся Бузину (автора) демократичные украинцы убили за эти строки.
Слава свидомой свободе слова!Источник
Получайте новые истории, мемы, анекдоты и другое на ваш телеграм Присоединиться к нашему Telegram каналу.
Вы также можете посылать нам ваши новые истории и прочее. Посылайте на наш телеграм бот, и будет опубликовано на сайте. Присоединить Telegram бот для ваших историй